— Но я-то не думал, что она только со мной трахается, — заметил Боб, — я думал, еще и с Петруччио. По какой-то необходимости.

— А я решил, что она — его младшая сестренка…

— Слушай! А похоже! — встрепенулся Боб. — Он ее днем от нас бережет, а ночью она тайком сбегает и с нами трахается!

Похоже, эта мысль успокоила его. Сперва он считал, что Ева спит не только с ним, но и с Петруччио, теперь место Петруччио занял я, но, в принципе, ничего не изменилось… Однако я уже начал кое о чем догадываться.

— Только с нами двумя? — спросил я, невесело усмехнувшись. Боб наморщил лоб, а потом шлепнул по нему ладошкой:

— Ах, ты, сучка маленькая! — заорал он озаренно. — Ах, нимфоманка! — А эту фразу он выкрикнул уже почти весело. Толстокожее он, все-таки, животное. — Давай-ка, Чучу позвоним! Дом! — крикнул он, но тут же вновь хлопнул себя по лбу. — Я ж отключил его!

— Она попросила? — уточнил я, прекрасно зная ответ.

— Она.

— Меня тоже. Завести его обратно можно, позвонив на reception по обычному древнему телефону, он тут есть.

— Знаю, — кивнул Боб. — Но я ведь могу и сразу Чучу позвонить.

Я пожал плечами. Вообще-то мне не нравится разговаривать с человеком, не видя его, но ведь люди так сто лет разговаривали, даже больше. Так что это не принципиально. Боб тем временем притащил трубу.

— Тут все просто, — сказал он, разглядывая какую-то карточку. — Набирать надо сначала номер этажа, потом номер комнаты. В какой он живет?

— В сорок пятой.

— Значит, шестнадцать-сорок пять… Та-ак… Алло! Привет! Ева не у тебя?! Нет, но была? — Боб прикрыл ладошкой микрофон, чтобы слышал только я. — Знаешь, как он это гордо заявил? Типа, я не стыжусь своей большой и светлой любви. — Он отнял руку от трубки. — Дуй ко мне! — скомандовал он. — Да нет, бить не буду. К тому же я тут не один… Да мне-то какое дело, женись, если хочется!.. Давай, давай, пошевеливайся, тут для тебя сюрприз есть!